Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный,
Здорова ль ваша
вся родня?
Позвольте: может быть,
угодноТеперь узнать вам от меня,
Что значит именно родные.
Родные люди вот какие:
Мы их обязаны ласкать,
Любить, душевно уважать
И, по обычаю народа,
О Рождестве их навещать
Или по почте поздравлять,
Чтоб остальное время года
Не думали о нас они…
Итак, дай Бог им долги дни!
— Да никакого толку не добьетесь, — сказал проводник, — у нас бестолковщина. У нас
всем, изволите видеть, распоряжается комиссия построения, отрывает
всех от дела, посылает куды
угодно. Только и выгодно у нас,
что в комиссии построения. — Он, как видно, был недоволен на комиссию построенья. — У нас так заведено,
что все водят за нос барина. Он думает,
что всё-с как следует, а ведь это названье только одно.
В ту же минуту он предлагал вам ехать куда
угодно, хоть на край света, войти в какое хотите предприятие, менять
все что ни есть на
все,
что хотите.
Уже стул, которым он вздумал было защищаться, был вырван крепостными людьми из рук его, уже, зажмурив глаза, ни жив ни мертв, он готовился отведать черкесского чубука своего хозяина, и бог знает
чего бы ни случилось с ним; но судьбам
угодно было спасти бока, плеча и
все благовоспитанные части нашего героя.
— Милушкин, кирпичник! мог поставить печь в каком
угодно доме. Максим Телятников, сапожник:
что шилом кольнет, то и сапоги,
что сапоги, то и спасибо, и хоть бы в рот хмельного. А Еремей Сорокоплёхин! да этот мужик один станет за
всех, в Москве торговал, одного оброку приносил по пятисот рублей. Ведь вот какой народ! Это не то,
что вам продаст какой-нибудь Плюшкин.
— Помилуйте, не только одеваться, но можете совершать при мне
все,
что угодно вашему превосходительству, — сказал Чичиков.
—
Что вам
угодно? — произнесла она дрожащим голосом, бросая кругом умоляющий взгляд. Увы! ее мать была далеко, и возле никого из знакомых ей кавалеров не было; один адъютант, кажется,
все это видел, да спрятался за толпой, чтоб не быть замешану в историю.
—
Что такое благороднее? Я не понимаю таких выражений в смысле определения человеческой деятельности. «Благороднее», «великодушнее» —
все это вздор, нелепости, старые предрассудочные слова, которые я отрицаю!
Все,
что полезно человечеству, то и благородно! Я понимаю только одно слово: полезное! Хихикайте, как вам
угодно, а это так!
Он знал,
что нельзя запретить Вронскому баловать живописью; он знал,
что он и
все дилетанты имели полное право писать
что им
угодно, но ему было неприятно.
— «Так отчего же вы мне ее уступить не хотите?» — «Оттого,
что мне не
угодно; не
угодно, да и
все тут.
Он всегда говорил,
что на мужике далеко не уедешь,
что есть только одна лошадь, способная сдвинуть воз, — интеллигенция. Клим знал,
что интеллигенция — это отец, дед, мама,
все знакомые и, конечно, сам Варавка, который может сдвинуть какой
угодно тяжелый воз. Но было странно,
что доктор, тоже очень сильный человек, не соглашался с Варавкой; сердито выкатывая черные глаза, он кричал...
— Вы простите,
что я привел его, — мне нужно было видеть вас, а он боится ходить один. Он, в сущности, весьма интересный и милый человек, но — видите — говорит! На
все темы и сколько
угодно…
Вот в
чем дело, батюшка. За молитвы родителей наших, — нам, грешным, где б и умолить, — даровал нам Господь Митрофанушку. Мы
все делали, чтоб он у нас стал таков, как изволишь его видеть. Не
угодно ль, мой батюшка, взять на себя труд и посмотреть, как он у нас выучен?
Еремеевна(заплакав). Я не усердна вам, матушка! Уж как больше служить, не знаешь… рада бы не токмо
что… живота не жалеешь… а
все не
угодно.
Рассуждения благоразумного поручика не поколебали меня. Я остался при своем намерении. «Как вам
угодно, — сказал Иван Игнатьич, — делайте, как разумеете. Да зачем же мне тут быть свидетелем? К какой стати? Люди дерутся,
что за невидальщина, смею спросить? Слава богу, ходил я под шведа и под турку:
всего насмотрелся».
— Я пришел, сестрица, узнать от вас, не надобно ли вам чего-нибудь. Папенька сердит и запретил
всему дому вас слушаться, но велите мне сделать,
что вам
угодно, и я для вас
все сделаю.
«В доказательство того,
что все поданное употребляется в пищу, — сказал старик, — мы начнем первые. Не
угодно ли открыть чашки и кушать,
что кому понравится?»
Все это были, однако ж, одни faз́ons de parler, [Разговоры (франц.).] и, в сущности, виконт готов был стать на сторону какого
угодно убеждения или догмата, если имел в виду,
что за это ему перепадет лишний четвертак.
По примеру
всех благопопечительных благоустроителей, он видел только одно:
что мысль, так долго зревшая в его заскорузлой голове, наконец осуществилась,
что он подлинно обладает прямою линией и может маршировать по ней сколько
угодно.
— Без закона
все,
что угодно, можно! — говорил секретарь, — только вот законов писать нельзя-с!
Когда человек и без законов имеет возможность делать
все,
что угодно, то странно подозревать его в честолюбии за такое действие, которое не только не распространяет, но именно ограничивает эту возможность.
Бригадир понял,
что дело зашло слишком далеко и
что ему ничего другого не остается, как спрятаться в архив. Так он и поступил. Аленка тоже бросилась за ним, но случаю
угодно было, чтоб дверь архива захлопнулась в ту самую минуту, когда бригадир переступил порог ее. Замок щелкнул, и Аленка осталась снаружи с простертыми врозь руками. В таком положении застала ее толпа; застала бледную, трепещущую
всем телом, почти безумную.
Это именно вот в таком виде он должен был
все это унижение почувствовать, а тут как раз я эту ошибку сделал, очень важную: я вдруг и скажи ему,
что если денег у него недостанет на переезд в другой город, то ему еще дадут, и даже я сам ему дам из моих денег сколько
угодно.
Так
что случай этот был, может быть, единственным в своем роде в жизни Федора Павловича, сладострастнейшего человека во
всю свою жизнь, в один миг готового прильнуть к какой
угодно юбке, только бы та его поманила.
— Ну-с, признаюсь, вы меня теперь несколько ободрили, — усмехнулся Миусов, переложив опять ногу на ногу. — Сколько я понимаю, это, стало быть, осуществление какого-то идеала, бесконечно далекого, во втором пришествии. Это как
угодно. Прекрасная утопическая мечта об исчезновении войн, дипломатов, банков и проч. Что-то даже похожее на социализм. А то я думал,
что все это серьезно и
что церковь теперь, например, будет судить уголовщину и приговаривать розги и каторгу, а пожалуй, так и смертную казнь.
— О нет, напротив, он сделает
все,
что вам будет
угодно и как вам будет
угодно!
Случилось так,
что и генеральша скоро после того умерла, но выговорив, однако, в завещании обоим малюткам по тысяче рублей каждому «на их обучение, и чтобы
все эти деньги были на них истрачены непременно, но с тем, чтобы хватило вплоть до совершеннолетия, потому
что слишком довольно и такой подачки для этаких детей, а если кому
угодно, то пусть сам раскошеливается», и проч., и проч.
Похоже было на то,
что джентльмен принадлежит к разряду бывших белоручек-помещиков, процветавших еще при крепостном праве; очевидно, видавший свет и порядочное общество, имевший когда-то связи и сохранивший их, пожалуй, и до сих пор, но мало-помалу с обеднением после веселой жизни в молодости и недавней отмены крепостного права обратившийся вроде как бы в приживальщика хорошего тона, скитающегося по добрым старым знакомым, которые принимают его за уживчивый складный характер, да еще и ввиду того,
что все же порядочный человек, которого даже и при ком
угодно можно посадить у себя за стол, хотя, конечно, на скромное место.
Уговаривать никого не нужно было. Каждый готов был глотать
все,
что угодно. Хотя кожа варилась долго, но она была
все же настолько тверда,
что не поддавалась зубам. Дерсу не советовал есть много и останавливал жадных, говоря...
— А если Павлу Константинычу было бы тоже не
угодно говорить хладнокровно, так и я уйду, пожалуй, — мне
все равно. Только зачем же вы, Павел Константиныч, позволяете называть себя такими именами? Марья Алексевна дел не знает, она, верно, думает,
что с нами можно бог знает
что сделать, а вы чиновник, вы деловой порядок должны знать. Вы скажите ей,
что теперь она с Верочкой ничего не сделает, а со мной и того меньше.
Будем жить с тобой по — пански;
Эти люди нам друзья, —
Что душе твоей
угодно,
Все добуду с ними я…
У них это обыкновенный: кому
угодно, тот имеет лучше, какой
угодно, но тогда особый расчет; а кто не требует себе особенного против того,
что делается для
всех, с тем нет никакого расчета.
— Душевно благодарю вас; вот место, садитесь с нами, у нас ужин во
всем разгаре,
что вам
угодно?
Лет до десяти я не замечал ничего странного, особенного в моем положении; мне казалось естественно и просто,
что я живу в доме моего отца,
что у него на половине я держу себя чинно,
что у моей матери другая половина, где я кричу и шалю сколько душе
угодно. Сенатор баловал меня и дарил игрушки, Кало носил на руках, Вера Артамоновна одевала меня, клала спать и мыла в корыте, m-me Прово водила гулять и говорила со мной по-немецки;
все шло своим порядком, а между тем я начал призадумываться.
Угодно ли вам или не
угодно будет следовать за мною, я отправляюсь на площадку лестницы, с которой мне видно
все,
что происходит в девичьей.
Лопахин. Вы будете брать с дачников самое малое по двадцать пять рублей в год за десятину, и если теперь же объявите, то, я ручаюсь
чем угодно, у вас до осени не останется ни одного свободного клочка,
все разберут. Одним словом, поздравляю, вы спасены. Местоположение чудесное, река глубокая. Только, конечно, нужно поубрать, почистить, например, скажем, снести
все старые постройки, вот этот дом, который уже никуда не годится, вырубить старый вишневый сад…
— Доктор, вы ошибаетесь, — возражал Привалов. —
Что угодно, только Зося самая неувлекающаяся натура, а скорее черствая и расчетливая. В ней есть свои хорошие стороны, как во всяком человеке, но
все зло лежит в этой неустойчивости и в вечной погоне за сильными ощущениями.
— Ну, не буду, не буду… — согласился Виктор Васильич. — Я как-нибудь после Сергею Александрычу доскажу одному. Где эти кислые барышни заведутся, и поговорить ни о
чем нельзя. Вон Зося, так ей
все равно: рассказывай,
что душе
угодно.
— Тебя еще сечь можно, Коля, до того ты еще глуп. За
всем,
что потребуется, можете обращаться к Матрене; обедают в половине пятого. Можете обедать вместе с нами, можете и у себя в комнате, как вам
угодно. Пойдем, Коля, не мешай им.
Я положил умереть в Павловске, на восходе солнца и сойдя в парк, чтобы не обеспокоить никого на даче. Мое «Объяснение» достаточно объяснит
всё дело полиции. Охотники до психологии и те, кому надо, могут вывести из него
всё,
что им будет
угодно. Я бы не желал, однако ж, чтоб эта рукопись предана была гласности. Прошу князя сохранить экземпляр у себя и сообщить другой экземпляр Аглае Ивановне Епанчиной. Такова моя воля. Завещаю мой скелет в Медицинскую академию для научной пользы.
Эта новая женщина объявляла,
что ей в полном смысле
все равно будет, если он сейчас же и на ком
угодно женится, но
что она приехала не позволить ему этот брак, и не позволить по злости, единственно потому,
что ей так хочется, и
что, следственно, так и быть должно, — «ну хоть для того, чтобы мне только посмеяться над тобой вволю, потому
что теперь и я наконец смеяться хочу».
— Друзья… сколько
угодно, но, однако же, позвольте, — перебил вдруг весьма наставительным тоном, хотя
всё еще не возвышая очень голоса, племянник Лебедева, — позвольте же и нам заявить,
что вы могли бы с нами поступить поучтивее, а не заставлять нас два часа прождать в вашей лакейской…
— Отчего же нет?
Всех, кому
угодно! Уверяю вас, Лебедев,
что вы что-то не так поняли в моих отношениях в самом начале; у вас тут какая-то беспрерывная ошибка. Я не имею ни малейших причин от кого-нибудь таиться и прятаться, — засмеялся князь.
—
Всех,
всех впусти, Катя, не бойся,
всех до одного, а то и без тебя войдут. Вон уж как шумят, точно давеча. Господа, вы, может быть, обижаетесь, — обратилась она к гостям, —
что я такую компанию при вас принимаю? Я очень сожалею и прощения прошу, но так надо, а мне очень, очень бы желалось, чтобы вы
все согласились быть при этой развязке моими свидетелями, хотя, впрочем, как вам
угодно…
—
Угодно пятьдесят рублев за вашу мантилью! — протянул он вдруг деньги девушке. Покамест та успела изумиться, пока еще собиралась понять, он уже всунул ей в руку пятидесятирублевую, снял мантилью с платком и накинул
всё на плечи и на голову Настасье Филипповне. Слишком великолепный наряд ее бросался в глаза, остановил бы внимание в вагоне, и потом только поняла девушка, для
чего у нее купили, с таким для нее барышом, ее старую, ничего не стоившую рухлядь.
Вот тебе хорошо, Сергевнушка, живешь безо всякой заботы, на
всем на готовом,
все у тебя есть,
чего только душеньке
угодно, а вспомни-ка прежне-то время, как с маткой у нас в слободе проживала.
— Кто же неволит тебя оставлять мирские посты? Они ведь телесные… — сказала Варенька. — Постничай, сколько душе
угодно, только не смущай себя. Было бы у тебя сердце чисто да вера истинная, без сомнений. Помни,
что ты уже в ограде спасения… Помни клятву,
что не будет у тебя сомнений,
что всю жизнь будешь удаляться от мира и
всех его забот и попечений, ото
всей злобы и суеты его… Ведь тебе открыта тайна Божия?… Ведь ты возлюбила праведную веру?..
— Она-то не смыслит! да вы ее о
чем угодно спросите, она на
все ответ даст! И обед заказать, и по саду распорядиться… вот она у меня какова!
Что касается отца, то он был серьезно убежден,
что Гришка — колдун,
что он может у кого
угодно выманить деньги и когда-нибудь
всю родню разорит.
По обыкновению, Бурмакин забыл об исходной точке и ударился в сторону. При таких условиях Милочка могла говорить
что угодно, оставаясь неприкосновенною в своей невменяемости.
Все ей заранее прощалось ради «святой простоты», которой она была олицетворением, и ежели порою молодому человеку приводилось испытывать некоторую неловкость, выслушивая ее наивные признания, то неловкость эта почти моментально утопала в превыспренностях, которыми полна была его душа.